Джеймс Сандерленд не может смириться с утратой. Мысль о том, что его любимая исчезла, не даёт ему покоя ни днём, ни ночью. Однажды в его почтовом ящике оказывается конверт без обратного адреса. Внутри — короткое сообщение, подписанное её именем. Оно зовёт его в место, о котором он давно не вспоминал — Сайлент Хилл.

Не раздумывая, Джеймс отправляется в путь. Он полон смутной надежды, смешанной с тревогой. Но город, в который он приезжает, совсем не похож на тот, что хранится в его памяти. Воздух здесь густой и тяжёлый, словно пропитан пеплом. Улицы пустынны, а здания медленно поглощает странный, непроглядный туман. Тишина давит на уши, но это обманчивое спокойствие. Временами её разрывают далёкие, нечеловеческие звуки.

С каждым шагом Джеймс понимает, что в Сайлент Хилле что-то не так. Город живёт по своим, чудовищным законам. Стены иногда шепчут, а в тумане мелькают тени, принимающие знакомые очертания. Ему приходится пробираться через заброшенные больницы, гостиницы и многоквартирные дома, где прошлое, кажется, оставило незаживающие раны. Он находит намёки, обрывки записей, которые рассказывают историю, от которой стынет кровь. Но его ли это история?

Его преследуют существа — болезненные порождения этого места. Одни напоминают искажённые воспоминания, другие — чистый кошмар, воплощённый в плоти. Каждая встреча — это борьба не только за физическое выживание, но и за рассудок. Джеймс начинает сомневаться во всём: в том, что он видит, в причинах своего приезда, даже в собственных воспоминаниях о любимой. Что, если письмо было ловушкой? Что, если правда, которую он ищет, окажется страшнее, чем он способен вынести?

Усталость и страх грызут его изнутри. Но он продолжает идти вперёд, движимый последней искрой надежды. Он должен докопаться до сути, должен найти её, несмотря на все ужасы, которые поджидают за каждым углом. Его путешествие по кошмарному лабиринту Сайлент Хилла — это не просто поиск. Это попытка собрать воедино рассыпающиеся осколки реальности и понять, что на самом деле произошло три года назад. Цена этого понимания может оказаться непомерно высокой.